Несостоявшаяся контрреволюция
0 0

«Февраль. Достать чернил и плакать…». Когда повернуть время вспять нет никакой возможности, остается лишь утирать слезы, бранным словом поминая кровавую смуту столетней давности. В феврале 1917 года Россия стояла на пороге триумфальной победы в Первой мировой войне. Закономерным следствием этой победы стала бы стабилизация внутриполитической жизни и мощнейший подъем государства. Но история сложилась иначе.

Роковое стечение негативных обстоятельств обернулось стихийной революцией: 23 февраля женщины Петрограда не смогли купить хлеба, 2 марта царь отрекся от престола. Не нашлось никого, кто бы встал на пути у анархии. Более того, все население страны: от угнетенных пролетариев до привилегированных членов императорской фамилии поддержало революцию. Но самое главное: революцию поддержала армия и, прежде всего, высший генералитет – те, кто присягал царю и Отечеству. Николай II сложил корону потому, что все главнокомандующие фронтами и флотами настояли на этом.

«3-й корпус не верит»
И все-таки в это смутное время нашелся один генерал, который не желал изменить присяге. Имя ему – Федор Артурович Келлер, «первая шашка империи» - как называли его современники. В феврале 1917 года граф Келлер командовал 3-м конным корпусом, в состав которого наряду с приморскими драгунами и донскими казаками входила Уссурийская дивизия, а в нее – 1-й амурский казачий полк. Узнав об отречении царя, генерал отправил ему телеграмму: «3-й конный корпус не верит, что ты, государь, добровольно отрекся от престола. Прикажи, царь, придем и защитим тебя».

После этого он собрал представителей сотен и эскадронов и произнес: «Я получил депешу об отречении государя и о каком-то Временном правительстве. Я, ваш старый командир, деливший с вами и лишения, и горести, и радости, не верю, чтобы государь император в такой момент мог добровольно бросить на гибель армию и Россию», после чего зачитал отправленную царю телеграмму. В ответ казаки и солдаты грянули: «Ура!». Но тем дело и кончилось. От бывшего императора никаких приказов, естественно, не последовало.

Зато не заставил себя долго ждать приказ от главкома Юго-Западного фронта генерала Брусилова, который в числе других высокопоставленных предателей призывал царя отречься (позже Брусилов вообще стал служить большевикам). 5 марта граф Келлер, полвека служивший Царю и Отечеству верой и правдой, был уволен из армии с формулировкой «за монархизм». Проглотив обиду, Федор Артурович беспрекословно передал корпус генералу Крымову и уехал из действующей армии на Украину.

Революционная зараза
Оставшись без авторитетного отца-командира, солдаты и казаки 3-го корпуса, еще недавно готовые вернуть царя на престол, быстро соблазнились революционными настроениями. Особенный энтузиазм вызвал знаменитый приказ №1 Петроградского совета, разрешавший нижним чинам оспаривать распоряжения командиров и фактически разрушавший армейскую дисциплину.

Генерал Петр Врангель, командовавший в то время бригадой Уссурийской конной дивизии, вспоминает такой случай: «17-го марта был день полкового праздника Амурского казачьего полка… Подъехав к выстроенному для парада полку, я с удивлением увидел, вместо сотенных значков, в большинстве сотен красные флаги. Для флагов этих казаки, видимо, использовали «подручный материал» и на флаг одной из сотен, очевидно, пошла юбка из красного ситца с какими-то крапинками. Командир подскакал с рапортом, оркестр заиграл «Марсельезу». Приняв рапорт командира полка, я спросил его, что значит этот маскарад, и услышал неожиданный для меня ответ: «Казаки этого потребовали». Я объявил полковнику Сычеву, что не допускаю никаких «требований» подчиненных, что уставом ясно указано о порядке встречи старших начальников, что при встрече полк обязан играть полковой марш и что цвет значков каждой сотни установлен. Проехав по фронту, поздоровавшись с сотнями и поздравив с войсковым праздником, я, став перед фронтом полка, обратился к казакам: «Я ожидал встретить славный ваш полк под старым своим знаменем, а сотни с их боевыми значками, вокруг которых погибло геройской смертью столько славных амурских казаков. Под этими значками хотел я собрать сегодня вас и выпить за славу Амурского войска и Амурского полка круговую чарку, но под красной юбкой я сидеть не буду и сегодняшний день с вами провести не могу».

В тот же день своим приказом генерал Врангель объявил выговор командиру Амурского полка за допущение беспорядков в строю. В ответ полковник Сычев пытался настроить полк против генерала. По словам Врангеля, он старался внушить казакам, «что я оскорбил полк и в лице его все амурское казачество, что я сам не казак, а потому и обижаю казаков». Узнав о столь дерзком нарушении субординации, Врангель отправил Сычева в отставку, а на освободившийся пост назначил полковника Полковникова (запомним эту фамилию).

«Родина накануне смерти!»
Описанные Врангелем события были характерны для большинства военных частей. Демократизация армии вела к ее стремительному разложению. В таких условиях Россия могла и не дотянуть войну до победного конца и еще более увязнуть в смуте. Желая восстановить порядок, как на фронте, так и в тылу генералы, а также представители либеральных партий (творцы все пожирающей революции) летом 1917 года сплотились вокруг генерала Корнилова, недавно назначенного верховным главнокомандующим. В планы Лавра Корнилова входило свержение Временного правительства Керенского и установление военной диктатуры вплоть до созыва Учредительного Собрания.

Решающую роль в этом деле Корнилов возлагал на 3-й конный корпус. С придачей ему Кавказской («Дикой») дивизии он развертывался в Петроградскую армию, которая под командованием генерала Крымова должна была овладеть столицей. В обращении к казакам Корнилов призывал: «Казаки, дорогие станичники, рыцари земли русской! Час пробил – Родина накануне смерти! Спасайте Отечество и Свободу, завоеванную Революцией! Слушайте и исполняйте только мои приказы. Поддержите честь и славу доблестного казачества!»

22 августа 3-й конный корпус плотными эшелонами, по трем железным дорогам двинулся на Петроград. Казакам поначалу не сообщали о целях передислокации, только в пути они узнали, что направляются в столицу якобы для защиты Временного правительства от анархо-большевиков, продавшихся немцам.

Шесть эшелонов 1-го Амурского полка, следуя в арьергарде Уссурийской дивизии, утром 26 августа подошли к станции Гатчина-Товарная и дальше не продвинулись, так как рельсовый путь от Гатчины был забит порожняком. Казачьи составы обступили штатские люди с красными повязками на рукавах. Они объясняли казакам, что в Петрограде никаких немецких шпионов, бунтовщиков и насильников нет и усмирять там некого. Агитаторы убеждали, что Корнилов гонит казаков в Петроград, чтобы пустить кровь рабочим, поймать и расстрелять Ленина, а заодно свергнуть нефартового Керенского. В ответ казаки громко матюгались, кляли и Корнилова, и Керенского, и своих командиров-мордобойцев и меж собой говорили: «Вот пари-заразы, нужно, в первую очередь, решать вопрос о мире, а они, подлюки, задумали заставить нас воевать еще и со своими. Не видать нам, паря, дома как своих ушей, если пойдем в Питер бить своего же брата». В итоге рядовые казаки отказались идти в Петроград и арестовали своих офицеров. Подобные настроения царили и в других подразделениях 3-го корпуса. Генерал Крымов, бросив войска, отправился к Керенскому, после разговора с которым застрелился.

Продукт нового времени
После провала корниловского мятежа председатель Временного правительства Александр Федорович Керенский сам занял пост Верховного главнокомандующего. Блестящий адвокат, он ни черта не смыслил в военном деле. Поэтому не удивительно, что сначала он утвердил во главе 3-го корпуса генерала Краснова, а спустя несколько дней назначил на этот же самый пост генерала Врангеля. Видя весь тот абсурд, что творился в армии, Врангель не стал соперничать с Красновым за должность и подал прошение об отставке.

Но, пожалуй, самым нелепым приказом Керенского стало назначение полковника Полковникова командующим войсками Петроградского военного округа. Того самого Полковникова, который несколькими днями раньше вел Амурский казачий полк на свержение Временного правительства. Вот что пишет об этом человеке, оказавшийся вдруг в его подчинении генерал (!) Краснов: «Полковников - продукт нового времени. Это – тип тех офицеров, которые делали революцию ради карьеры, летели, как бабочки на огонь, и сгорали в ней без остатка… Поход Крымова. Полковников чует своим хитрым сердцем, что солдаты и казаки колеблются, отрывается от полка и мчится в Петроград к Керенскому. 34-летний полковник становится главнокомандующим важнейшего в политическом отношении округа с почти 200 000-ною армиею. Тут начинается метание между Керенским и Советом и верность постольку поскольку. Полковник помогает большевикам создать движение против правительства, но потом ведет юнкеров против большевиков. Много детской крови взял на себя он...»

Все сказанное Красновым – правда. Вместо того, чтобы обезопасить столицу верными войсками, Керенский ставит во главе Петроградского округа провокатора-карьериста. В итоге единственной опорой Временного правительства остается все тот же 3-й конный корпус, отведенный осенью 1917 года под Псков. Именно сюда бежит Керенский после захвата Петрограда большевиками.

«Довольно, навоевались!»
Прибыв 26 октября в штаб 3-го конного корпуса, свергнутый председатель Временного правительства заявил Краснову: «Генерал, немедленно сосредоточьте корпус, прикажите казакам отточить шашки и наступать на Петроград, где арестуйте Ленина и освободите моих министров». Краснов предложен экс-премьеру самолично выступить перед казаками.

На станции Остров были собраны полковые комитеты корпуса. Комитетчики-донцы слушали Керенского вполне миролюбиво. Но там, где сидели амурцы, уссурийцы и забайкальцы, слышались негодующие возгласы. Когда Керенский на минуту умолк, то раздались жидкие аплодисменты донцов. И сейчас же громогласно пробасил казак-амурец: «Товарищи-казаки, вас обманывают! Перед вами новый Корнилов! Это дело замышляют против народа! Казакам и солдатам нужен мир, а он опять про войну шарманку завел». Казаки с задних рядов поддержали амурца: «Довольно, хватит, навоевались! Остановите его!»

В итоге амурские казаки приняли решение в выступлении на Петроград участия не принимать. Из 40-тысячного корпуса Краснову удалось набрать не более тысячи шашек (в основном, донских казаков). Поход Керенского против Ленина, как и недавний мятеж Корнилова против Керенского, провалился.

Вслед за Декретом о мире советская власть издала декрет «О постепенной демобилизации бывшей царской армии». Спустя три месяца амурские казачьи полки прибыли в Благовещенск. Как вспоминает очевидец, гульба по случаю возвращения фронтовиков с войны шла по всей территории Амурского казачьего войска целую неделю. Пройдет еще несколько месяцев, и амурские казаки вновь отправятся на войну. На этот раз – Гражданскую. А ведь и ужаса братоубийственной бойни, и многолетней большевистской тирании можно было избежать, если бы еще в 1917 году революция была подавлена. Но история, как известно, сослагательного наклонения не терпит.

Основные источники:
- Белое движение. Мемуары А.И. Деникина, П.Н. Краснова, П.Н. Врангеля. - М, 2006.
- Кильчанский В.Г. Амурское казачье войско в 1914-1917 гг. // Амурские казаки (1-й том). Материалы, документы, свидетельства, воспоминания. – Благовещенск, 2008.
Если хотите оставлять комментарии, зарегистрируйтесь или авторизуйтесь пожалуйста!
Видео
Путь (http://):
Картинка (http://):
Ширина:
Высота:
27.02.2014 11:09:00
0 0
Сначала не хотел читать, а потом не смог оторваться. Спасибо, Владимир.
27.02.2014 12:55:00
0 0
Эх, история никого не учит.
27.02.2014 13:19:00
0 0

Блоги

Нужно перевести это на хохлятский язык и закинуть к ним в жжeчки фэйсбуки.

Блоги
Страницы: 1 2 3 4 5 850 След.