" - Пожалуй, ничего более прелестного, более женственного я в жизни так и не увидел!"
1 0

Продолжаю воспоминания отца. Для меня они – стержень в нынешней расхристанной жизни! Универсальный нравственный критерий. Думаю, вы, уважаемые читатели, с этим согласитесь.
Излагаю по-прежнему от первого лица.
- Зимой 41-го сбили меня, причем свои же зенитчики. Даже ранен не был, спустился на парашюте. Сказали, залетел не туда. И в наказание меня, совсем еще юношу, но уже старшего сержанта и при медали «За отвагу», определяют командовать совершенно особым подразделением. Официально – транспортный взвод: 40 лошадей, 20 саней или повозок (по времени года), 4 пятидесятилетних вчерашних колхозника с Алтая и 18 молоденьких москвичек. Девушки – мои однолетки: тоже едва успели закончить школу и ушли на войну добровольцами. Поставили их к лошадям ездовыми, а кони были здоровенные битюги породы «першерон" – высокие, копыта с фуражку. Захомутать их было девчонкам не под силу, звали мужчин. Взвод доставлял на позиции боеприпасы и прочие грузы, вывозили раненых. Обстрелы, бомбежки… Короче, фронт.
Та, первая военная зима, выдалась очень морозной. Весна же пришла как-то сразу – распутица, непролазная грязь... С боями дошли до Ржева, наступила передышка. И мне было приказано провести строевой смотр.
Личный состав отнесся к этому очень ответственно! Бойцы «подготовили внешний вид» самым тщательным образом, – во фронтовых условиях это было сродни маленькому подвигу. И вот солнечный майский день (год 1942), шоссе Москва – Рига, и на обочине мое выстроенное подразделение.
…Пожалуй, ничего более прелестного, более женственного я в жизни так больше и не увидел. Девушки – одна к одной! На них чистенькая, ловко и не без особого армейского шика подогнанная форма, подворотнички сверкают белизной, сапожки сияют. Юные лица, крепенькие и ладные (все соразмерно!) фигурки. Ну, просто рюмочки в шкафу! И заявляю ответственно: любой из нынешних так называемых конкурсов красоты покажется невыразительной и тусклой пошлятиной в сравнении с тем полевым «подиумом».
…Время к двенадцати, строевой смотр проводится своим чередом. Стоим метрах в пятнадцати от дороги. Вдруг напротив нас останавливаются три бронетранспортера и штабной автомобиль. Подбежал какой-то майор, спросил, что происходит. Я доложил. Майор исчез, а из бронетранспортера вышел генерал. Судя по знакам различия, генерал-лейтенант танковых войск. И – к нам этак неспеша, вразвалочку. Я, естественно, командую: «Смирно! Равнение на…»
А генерал к нам по-прежнему вразвалочку. Словно с тросточкой по бульвару. Остановился, улыбается, под козырек не берет и вообще на субординацию не обращает внимания. И на девушек смотрит, откровенно любуется.
- Шустрый! – это он мне. – Ловко устроился!
Вдоль строя пошел. Возле каждой девушки останавливается, оглядывает всю. И улыбка с его лица не сходит. И девчонкам, вижу, генеральское внимание приятно. Такая, значит, пастораль… До моих мужиков дошел (тоже в строю стояли), в лице резко переменился и сразу же назад повернул. И снова заулыбался.
- Почему наград не вижу? – зычно спрашивает «инспектирующее лицо». – Сам с медалью (это он опять мне), а подчиненных обделяешь? А ну…
Тут генерал только руку протянул – сразу свита подошла. Майор, что давеча первый к нам подбегал, коробку протягивает. И каждой девушке, то есть каждому бойцу, была вручена медаль «За отвагу». И алтайских колхозников не забыли.
Ко мне потом генерал-лейтенант подошел. На девушек обернулся, и как-то вдруг резко посерьезнел. Задумался.
- А теперь все по порядку. Слушаю, - коротко потребовал он.
Я, волнуясь и путаясь, стал рассказывать, что от самой Москвы идем, что все время в боях, что распутица, что…
- Доложите о потерях, - сухо оборвал меня генерал.
- Потерь во вверенном мне подразделении не было!
- Та-а-ак, - и генерал-лейтенант танковых войск выразительно посмотрел на майора. Тот развел руками.
- «Красную Звезду» бы тебе дать, да нет сейчас с собой орденов. Держи вторую медаль «За отвагу». За то, что сберег будущих матерей.
Тут генерал, не оглядываясь, быстрым шагом пошел обратно на дорогу (следом поспешила свита). Устроился в бронетранспортере, но дверь захлопывать не стал. И оттуда на прощание – платочком!
Не знаю точно, кто это был. Говорили, командующий танковой армией.
Если хотите оставлять комментарии, зарегистрируйтесь или авторизуйтесь пожалуйста!
Видео
Путь (http://):
Картинка (http://):
Ширина:
Высота:
11.12.2019 21:24:00
0 0
Понятно!


Блоги
Страницы: 1 2 3 4 5 842 След.

Кино и сцена
ТВ программа