Мои пять четвертинок апельсина... (о мечтах)
0 0

Год завершается.
Как ни крути, подведение итогов.
Каждый год накануне праздников задумываешься: к чему пришла за прошедшие одиннадцать месяцев.
Чему научилась, чего достигла. Что в семье, в работе. И кто рядом со мной.

У меня 2012 год был очень плодородным в плане жизненного опыта.
Множество открытий, интересных встреч, знакомств.
Такое впечатление, что это был не год, а целых пять, но пролетели они стремительно.
Сколько замечательных людей УЗНАЛА именно сейчас.
Узнала- не только познакомилась. А и разглядела тех, кто рядышком.
Жизнь какая-то интересная началась! Во всем чувствуется волшебство.
И даже как-то любопытно, что будет дальше. Как-будто смотришь захватывающий фильм.
К Новому году уже готовы три желания, о которых нужно будет поставить в известность Дедушку Мороза. Загадала, но пока сама не знаю, нужны они мне исполнившимися или нет.
Вот сбудутся... я же от счастья лопну  :)
Может, что-то другое загадать?...

Пару лет назад попросила коллегу посоветовать, что почитать.  Имелось в виду, профессиональное что-нибудь.
Она отвечает: "Пять четвертинок апельсина" Джоан Харрис.
Название какое странное, наверное, о творчестве и рекламе что-нибудь.
Оказалось, художественная книга.



Ее автор до этого написала всемирно известный "Шоколад", по которой сняли одноименный фильм с Дж. Бинош и Д. Деппом.

Книга из тех, которые я про себя называю вкусными.
Мало того, что ее героиня- отличный повар и кулинар.
Там и мудрости много.

И вот, какой момент мне запомнился:

Фрамбуаз- главный персонаж книжки, в детстве мечтала поймать щуку, которая, согласно легенде, исполняет мечты.
Сколько ни ходила на рыбалку, все никак не могла ее поймать.
Даже ловушку соорудила и опустила под воду. Каждый день бегала с братом и сестрой- проверить, не поймалась ли рыба.
Однажды дети познакомились с немецким солдатом из подразделения, которое находилось в тот момент в их деревне. Действие происходит в годы Второй мировой войны.
Фрамбуаз и ее брат с сестрой сразу подружились с Томасом.
Рассказали ему о легенде и о ловушке.
Прошло какое-то время. И у Фрамбуаз появилось желание, которое и предстояло исполнить чудо-рыбе.
А тут настала пора подразделению Томаса сменить место дислокации- перебраться в другой населенный пункт.
И надо же такому случиться, именно в день отъезда Томаса, Фрамбуаз поняла, что рыба попалась. Уверенная, что наконец поймала свою мечту, она побежала к старшему другу и попросила его помочь вытащить щуку:

"— Идем, я покажу тебе свои новые ловушки! Покажу свою плетенку для щуки!
Его молчание было убийственно; холодно, как могильный склеп. Я чувствовала, что наше с ним время неумолимо утекает от меня. И снова издалека донеслось звяканье, как будто к хвосту собаки привязали жестянку. И тут я поняла, что это за звук. И волна отчаянной радости захлестнула меня.
— Пожалуйста! Это важно!  — заорала я теперь отчаянно, как маленькая, уже с искрой надежды, и слезы были на подходе, готовые жарко излиться из глаз, застревая комом в горле. — Не останешься, я все расскажу! Все, все, все расскажу…
Он коротко, нехотя кивнул:
— Пять минут! Ни минутой больше. Идет? Слезы мигом высохли.
— Идет!

12.

Пять минут. Я знала, что теперь делать. Это был наш последний — мой последний — шанс, и сердце, которое теперь билось, точно молот, зарядило отчаявшееся существо неистовой музыкой. Он дал мне пять минут! Переполненная ликованием, я потащила его за руку к большой отмели, где поставила последнюю свою ловушку. Мольба, которой были заняты все мои мысли, когда я бежала из деревни, превратилась теперь в вопящий, громовой императив — только ты только ты о Томас умоляю умоляю умоляю,  — сердце билось с такой силой, что, казалось, лопнут барабанные перепонки.
— Куда это мы? — спросил он спокойно, насмешливо, немного равнодушно.
— Мне надо кое-что тебе показать, — задыхаясь, проговорила я, сильней потянув его за руку. — Это очень важно. Скорей!
Я слышала, как дребезжат жестяные банки, которые я прикрепила к канистре из-под масла. Там что-то есть, твердила я себе с внезапно охватившей меня радостной дрожью. Что-то крупное. Жестянки неистово подпрыгивали на воде, гремя о канистру. Ниже под водой ходили ходуном две клети, связанные между собой проволокой.
Там есть что-то. Должно  что-то быть.
Из тайника за насыпью я вытащила деревянный шест, чтобы подцепить им и вытащить на поверхность тяжелый улов. Руки дрожали так, что при первой попытке я чуть не упустила шест в воду. Крюком, укрепленным на конце шеста, я отъединила клети от поплавков, отпихнула прочь большую канистру. Клети, взбрыкнув, заплясали в воде.
— Ой, тяжело!  — вскрикнула я.
Томас наблюдал за мной с некоторым замешательством.
— Да что там у тебя?
— Ну тянись же! Ну пожалуйста!  — Я тянула клети из воды, силясь вытащить их на крутую песчаную насыпь. Вода ручьями текла сквозь дощатые щели. Что-то большое и сильное скользило и билось внутри.
Стоявший рядом Томас тихонько прыснул.
— Ну, Уклейка, —  выдохнул он. — По-моему, ты наконец ее поймала. Ту самую старую щуку. Lieber Gott,  ну и громадина!
Я уже не слушала. Дыхание, как наждак, рвало горло. Голые пятки скользили по грязи, беспомощно сползая в реку. То, что я тащила обеими руками, дюйм за дюймом притягивало меня к себе.
— Нельзя, чтоб она ушла! — хрипло, задыхаясь, твердила я. — Не хочу! Не хочу!
Я подтянулась на шаг назад по насыпи, таща на себя разбухшие от воды клети; еще на шаг. Вязкое желтое месиво под пятками грозило опрокинуть навзничь. Шест, которым я орудовала, как рычагом, нещадно давил плечо. А где-то в глубине сознания щекотало восторженно: он  смотрит; если только мне удастся вытянуть Матерую из ее укрытия, тогда мое желание… мое желание…
Еще шаг, потом еще. Впиваясь пальцами ног в глину, я взбиралась все выше. Еще шаг, вода вытекает сквозь щели, груз все легче и легче. Я чувствовала, как то, что там внутри, извивается, бьется в злобе о стенки клетей. Еще шаг.
Вдруг все встало.
Я тянула, но клети не поддавались. Ревя от горя, я рванула изо всех сил вверх по насьши, но клетка плотно где-то застряла. Наверно, корень, торчавший из подмытого берега, точно обломок гнилого зуба, или плавучее бревно вклинилось в проволочную сетку.
— Застряла! —  в отчаянии закричала я. — Чертова ловушка за что-то зацепилась!
Томас скорчил дурацкую гримасу, бросил с легким нетерпением:
— Подумаешь, какая-то старая щука!
— Томас, пожалуйста! — порывисто произнесла я. — Если отпущу, она уйдет. Пожалуйста, посмотри, что там, отцепи!
Томас пожал плечами, снял китель, рубашку, аккуратно повесил на куст.
— Форму пачкать мне ни к чему, — рассудительно заметил он.
Руки у меня дрожали от напряжения, я придерживала шест, пока Томас исследовал, что там мешает.
— Тут куча корней, — выкрикнул он. — Похоже, какая-то рейка отогнулась и вклинилась в корни. Крепко засела.
— Дотянуться сможешь? — крикнула я. Он пожал плечами:
— Попробую.
Снял штаны, повесил рядом с кителем, сапоги кинул у насыпи. Видно было, как он дрожит, входя в воду, — там было глубоко, — он смешно выругался.
— Ну, я идиот, — приговаривал Томас. — Холодрыга дикая!
Он стоял почти по самые плечи в масляно-темной воде. Помнится, в том месте Луара раздваивалась, течение было довольно сильное, вокруг Томаса вспенивались бледные барашки.
— Дотянуться сможешь? — заорала я. Мускулы горели, натянутые, точно провода, в висках отчаянно стучало. Я по-прежнему чувствовала, как щука, наполовину в воде с силой бьется о стенки клетки.
— Это там, — донеслись до меня его слова, — недалеко от поверхности воды. Мне кажется… — Всплеск: он тотчас нырнул и вынырнул, мокрый и скользкий, как выдра, — …немного глубже все-таки.
Я со всей силы налегла на шест. Виски жгло, я чуть не кричала от боли и отчаяния. Пять секунд, десять — все, время уходит, я закрыла глаза, цветами расцвели багрово-черные пятна, я повторяла, как молитву: пожалуйста ну пожалуйста я отпущу тебя я клянусь клянусь только пожалуйста пожалуйста Томас только ты Томас только ты навсегда и навеки.
И вдруг внезапно клетка поддалась. Чуть было не выпустив шест из рук, я заскользила вверх по насыпи; освободившаяся ловушка, подпрыгивая, выехала следом. С туманом в глазах, с металлическим привкусом на языке, я вытянула ее подальше на берег, острые края сломанных реек вонзались под ногти, в уже вздувшиеся мозолями ладони. Обдирая руки в кровь, я срывала проволочную сетку, убежденная, что щука улизнула. Что-то ударило сбоку внутри — шлеп, шлеп, шлеп! Как будто с размаху стукнулась об эмалированный таз мочалка для лица: «Ну и грязнуля ты, Буаз, безобразие какое! Поди-ка сюда, умою как следует!» Внезапно вспомнилась мать и то, как она терла нам щеки, если мы не хотели умываться, иногда до крови.
Шлеп, шлеп, шлеп. Звук стал слабее, не такой настойчивый, хотя я знала, что рыба еще какое-то время может жить без воды, трепещет и через полчаса после того, как выкинут на сушу. Сквозь щели во мраке клети виднелось что-то огромное, черное, маслянистое, то и дело поблескивал глаз, как одинокий шарик подшипника, выкатываясь на меня в полоске солнечного света. Восторг охватил меня с такой неистовой силой, что я чуть не умерла.
— Матерая, — хрипло прошептала я. — Матерая. Я загадала желание. Я загадала. Пусть он останется. Пусть Томас останется, — шептала я быстро и тихо, чтоб Томас не услыхал, и еще раз, потому что он еще не вылез на берег, и повторила на случай, если в первый раз старая щука не расслышала моих слов: — Сделай, чтоб он остался. Чтоб остался здесь навсегда!
Щука в клети плюхнула, перевернулась. Теперь я разглядела ее пасть, мерзкую, перевернутым полумесяцем, усатую от крючков с удочек прежних ловцов, и ужаснулась ее размерам, гордая и опьяненная своей победой, испытывая бесконечное чувство облегчения. Все кончено. Кошмар, навеянный историей Жаннетт и водяными змеями, апельсинами, медленно впадающей в безумие матерью, всему этому наступил конец здесь, на берегу реки. Босоногая девочка в измазанной землей юбке, с кусками грязи в спутанных коротких вихрах, с сияющим лицом, эта клетка, этот человек, на вид почти мальчик без военной формы, с мокрыми волосами. Я поспешно оглянулась. — Томас! Ну-ка взгляни!
Тихо. Только чуть слышные всплески речной волны, подмывающей глинистую насыпь. Я поднялась, подошла к краю реки.
— Томас!
Томаса как не было.  В том месте, где он нырнул, кремовая, как café au lait,  гладь стояла ровная, лишь несколько пузырьков на поверхности.
— Томас!
Наверно, я растерялась. Если бы вовремя спохватилась, возможно, я не упустила бы момент, как-то сумела предотвратить неизбежное. Так теперь я себе говорю. Но тогда мне, опьяненной своей победой, с дрожащими от напряжения и усталости ногами, не пришло в голову ничего иного, как припомнить, сколько раз Томас с Кассисом играли в эту игру, глубоко ныряли и, делая вид, будто утонули, потом отсиживались где-нибудь под песчаной насыпью, и выныривали после с красными глазами, и смеялись над Ренетт, не перестававшей визжать. В корзинке Матерая надменно ударила хвостом: шлеп-шлеп. Я подошла еще ближе к краю реки:
— Томас?
Тишина. Я подождала еще минуту, она мне показалась вечностью. Шепнула:
— Томас?
Луара, как шелк, шуршала у моих ног. Метания Матерой в клети ослабевали. Вдоль отдающего гнилью берега длинные желтые, точно ведьмины пальцы, корни тянулись в воду. И я поняла.
Мое желание исполнилось.
Когда через пару часов Кассис с Рен меня нашли, я лежала без слез на берегу, одной рукой обхватив сапоги Томаса, другой — разломанную клеть с огромной дохлой рыбиной, которая уже начала вонять.
".

Томас остался.
Только не с друзьями, а на дне реки.

Так ли нужно, чтобы мечты сбывались?
Или просто формулировать внимательнее нужно?...
Если хотите оставлять комментарии, зарегистрируйтесь или авторизуйтесь пожалуйста!
Видео
Путь (http://):
Картинка (http://):
Ширина:
Высота:
19.12.2012 22:50:00
0 0
Многа букаф.
.
Ниасилил.
19.12.2012 22:52:00
0 0
Ниасилил
Ну что же, ладно.
Осилит кто-нибудь другой
20.12.2012 02:15:00
0 0
"Ниасилил" -  "Ну что же, ладно".....
А может оно и к лучшему, что ниасилил?
Авиатор  -  впечатлительный
Рассказ  -  грустный
Последствия прочтения  - непредсказуемые...  :D
20.12.2012 08:03:00
0 0
Циля: рассказ грустный
Зато полезный  ;)
20.12.2012 16:57:00
0 0
Мария Москвитина: Зато полезный.
Ага, полезный.
А еще  этот рассказ для юристов полезный: как обтекаемо сформулировать текст документа, чтобы потом вывернуться можно было  ;)
20.12.2012 20:27:00
0 0
Циля: обтекаемый текст
он обтекаемый?...  :oops:
20.12.2012 21:29:00
0 0
Мария Москвитина: он обтекаемый?
Ну девочка же свое желание нечетко сформулировала - юридически к щуке не придерешься: желание выполнено, а нюансы - так они и не оговаривались   :oops:
А желания... Может оно и хорошо, что они не всегда сбываются... Я вот в детстве очень-очень любила на поезде ездить и мечтала, когда вырасту, стать проводницей. Как же хорошо, что это желание не сбылось!  :D
20.12.2012 21:46:00
0 0
Циля: мечтала быть проводницей
"Анжелина Джоли с детства мечтала стать машинисткой башенного крана, но девичьи мечты разбились о жестокую реальность"  :D
21.12.2012 02:48:00
0 0
Мечты Анжелины Джоли разбились о жестокую реальность
Иу, бедняжка Энджи, я так её понимаю  :D  :D  :D
19.12.2012 23:54:00
0 0
Нераз на падающий метеорит(звезду) загадывал, на куриной грудной косточки загадывать желания в семье чуть ли не традиция.С годами перестаю верить.
Всё больше как то верится рекламе из анекдота:агенство "Ночные бабочки" мы конечно не Газпром,но некоторые мечты у нас сбываются!))
20.12.2012 08:04:00
0 0
dalinoboihik: Всё больше как то верится рекламе из анекдота
А как же "не ждите чудес, чудите сами"? ;)
20.12.2012 02:02:00
0 0
Мария Москвитина: Три желания уже готовы, нужно будет Дедушку Мороза в известность поставить.
Маша,  на три поста ниже  очаровашка-Дедушка Мороз заявки принимает, с желаниями - к нему   :D

"...Вдруг сбудутся? Я ж от счастья лопну. Может лучше что-нибудь другое загадать?"
Не-а,  не лопнешь, загадывай! А к следующему Новому Году новые желания появятся - они же всегда появляются (и откуда только берутся?).

"Так ли нужно, чтобы мечты сбывались?"
Да пусть сбываются. Щуку только надо выбирать правильную.

Но с ЗАРАНЕЕ ПОДГОТОВЛЕННЫМИ(!!!) новогодними желаниями я, кажется, первый раз столкнулась (кроме детства, разумеется).  Обычно ж как: бегом-бегом, перед боем курантов, пишешь то, что на этот момент кажется наиболее важным > сжигаешь > в шампанское > хлоп..... А через неделю/месяц уже и не помнишь, что загадывала. Ну, а раз не помнишь - то и проверить не можешь сбылось или нет  :oops:
Маша, а вот такая  "предновогодняя заготовка" желаний - это проявление  практичного романтизма или романтичной практичности?  ;)
20.12.2012 08:06:00
0 0
Циля: Маша, а вот такая "предновогодняя заготовка" желаний - это проявление практичного романтизма или романтичной практичности?
А они оформились еще, наверное, летом. Сами вот сидят в голове.
И я думаю, что Новый год- самое подходящее время для их сбычи  :)

Кстати, разве успеешь под бой курантов и загадать и сжечь и выпить?
20.12.2012 16:49:00
0 0
Мария Москвитина: разве успеваешь?
Маша, вот самую суть уловила!  :D  Успеваешь!
Но надо постараться. А это так весело и азартно, что  на фоне этого азарта само желание как-то отходит на второй план.
20.12.2012 10:33:00
0 0
Так ли нужно, чтобы мечты сбывались?
По моему нужно, иначе зачем мечтать, а не мечтать - значит не жить.
Только исполнять мечты должна мудрая щука. Эта молодец, все сделала правильно.
20.12.2012 10:58:00
0 0
Дочитывая до конца, уже начинала догадываться, что желание исполнится и как именно оно исполнится. потому что именно так они в жизни и исполняются. Может где сильнее захватит, где слабее. Как не закручивать формулировку исполнение всегда найдет лазейку - вроде в точности исполнилось, а вроде хочется от этого исполнения скрыться. Но что теперь желаний не загадывать? Я нашла способ загадывать, потому что сказки хочется, но не каких-то больших желаний, меняющих жизнь, а мелких и незначительных)
20.12.2012 17:11:00
0 0
Старая мудрость -  не получить желаемого - это иногда и есть везение
и я почему-то вспомнила старый анекдот про моряка и золотую рыбку, его третье желание  :D
20.12.2012 20:29:00
0 0
kuzen konduktor:
А я про "хорошая была компания! ящик водки и всех обратно".

А что с моряком-то?
21.12.2012 11:37:00
0 0
я не знаю, как такое количество нехороших слов заменить )))


Блоги
Страницы: 1 2 3 4 5 835 След.

Кино и сцена
ТВ программа
Майкл Кингли — успешный бизнесмен и счастливый отец семейства. Но однажды его настигают образы из детства, которое он провел на спрятанном от всего мира побережье океана.

Он должен рассказать своей внучке необыкновенную историю мальчика по прозвищу Штормик и осиротевшего пеликана — Мистера Персиваля. Историю опасных приключений и удивительной дружбы, которая повлияла на всю его жизнь.