Когда равнодушие равнозначно убийству
0 0

Пока я писала пост «Про письма, стихи и прозу жизни», 24-летний Коля уже следил за моей двоюродной сестрой. Той самой Жанной, к которой было обращено стихотворение про баунти. Мне даже посоветовали не жадничать и отправить-таки шедевральное послание 16-летней давности сестре. За это время Коля узнал, во сколько Жанна приходит домой, и что недавно она потеряла ключ. А железную решетку на окне отогнули, чтобы пробраться в форточку и, не ломая, открыть дверь.

Страшно подумать, но позавчера все советы могли оказаться бессмысленными. В тот вечер он пробрался в её квартиру на первом этаже и стал ждать, когда хозяйка вернется домой…

Жанна – девушка самостоятельная. Пару лет назад ей дали однокомнатную квартирку в Амурске. Так что теперь эта завидная невеста живет отдельно от родных. С морем плюшевых панд, которых обожает с детства и волнистым попугайчиком Лимошей.

По образованию Жанка педагог и логопед. Она работает в детском саду и, как оказалось, умеет разговаривать не только с детьми, но и незваными гостями, угрожающими ножом. В тот момент, когда стало понятно, что визит добром не закончится, перед глазами промелькнула вся жизнь, призналась она по телефону. К счастью, пары по психологии сестра посещала исправно, а потому заболтала Колю, предложила ему покурить и каким-то чудом сподвигла на кулинарный подвиг – яичницу-глазунью. Так Жанка выиграла ещё 45 минут жизни.

… Что больше всего поразило, так это равнодушие соседей в тот момент, когда терпение преступника лопнуло. Он стряхнул лапшу с ушей и решил перерезать моей сестре горло. Та громко кричала и цепко хваталась руками за лезвие, отводя его от шеи. Жанка высокая, как Эйфелева башня. Её 186 сантиметров и дикое желание жить, возможно, дали небольшое преимущество над 175 сантиметрами неудовлетворённой злобы, прочно поселившейся в закомплексованном коренастом парне. За это время никто не набрал 02. Притаившись, соседи вслушивались в звуки борьбы и мольбы о помощи или, может быть, увеличивали громкость в телевизоре, изобилующем подобными сценами. Когда начинаю думать об этом, дыхание становится частым, и я задыхаюсь от беспомощности.

В это время материнское сердце, видать, почуяло беду, потому что в дверь с криками начала упорно стучать моя тётя. А в форточку - по проторенной дороге – пробираться на помощь младший брат, шестнадцати лет от роду. Он вместе с взволнованной матерью спешил узнать, почему, десять минут назад, спустя несколько пропущенных вызовов, сестра странно и скупо ответила по телефону.

Сотрудники милиции – вторые, кто поразил меня в этой истории. Сначала они недоумевали, почему какая-то женщина истерит, крича в трубку, что её дочь убивают, ведь, может быть, за дверью происходят семейные разборки. (Между девушкой попугаем???) Позже уже в отделении милиции – сестру упрекали в том, что она сама пригласила парня в гости, соблазнила, но не отдалась, спровоцировав его на агрессию. И ещё ненавязчиво спрашивали, будет ли она писать заявление!

Сейчас, когда я пишу это, клавиатура громко клацает под пальцами. Я в бешенстве! Я – не в себе! Я хочу посмотреть в глаза тем сотрудникам милиции. Но ещё больше – отхлестать их по щекам. Неистово. С громкими криками. И мне не стыдно в этом признаваться. Мне стыдно, что люди, окружающие меня – бездушные брёвна. Равнодушные и циничные… Мне не страшно, что за этот поступок могут посадить на несколько суток и постановить выплатить штраф. Мне страшно, что вся эта история могла закончиться киселём и некрологом...

Николай оказался рецидивистом, отсидевшим срок за изнасилование и убийство шестилетней девочки!!! За пару дней до этого случая он снова убил и изнасиловал шестнадцатилетнюю девушку, скинув труп в канализационный колодец.

Недавно я думала написать пост со своим мнением об отмене моратория на смертную казнь. Делать это сейчас отдельной темой – необъективно. Беда коснулась лично меня. Жанка, наверное, до сих пор в шоке. Она театрально смеется в разговорах по телефону. Но я чувствую, что ей совсем не весело, а у самой холодеет внутри и ком встает в горле, не давая так же театрально рассмеяться в ответ.

Руки моей сестры кое-где изрезаны до костей. Много ли надо пальцам? Сколько будут заживать шрамы душевные – я не знаю. Мне хотелось бы крепко обнять сестру. Уткнуться носом ей в макушку и тихо плакать, чтобы никто не видел.

Если хотите оставлять комментарии, зарегистрируйтесь или авторизуйтесь пожалуйста!
Видео
Путь (http://):
Картинка (http://):
Ширина:
Высота: