Андрейано Нечелентано: Святые в храм не ходят
0 0

Человек не может жить в чистом поле. Обязательно должен быть схрон, убежище, а лучше дом. Ощущение крыши над головой и крепкие стены лучше любой защиты, лучше любого уюта. И не важно где-ты живешь на самом деле. Один в и собственной квартире чувствует себя чужим и заброшенным, обдуваемым всеми ветрами. Другой, в голой степи, словно в теплой супружеской постели. Дом должен быть в душе. Словно церковь. Словно вера...

Отец Георгий считал своим домом небольшой деревянный сарай на заднем дворе храма. Отслужив утреннюю литургию, разоблачался и тяжело ступая, брел к своему убежищу. Там часами отлеживался на скрипучей панцирной кровати, доставшейся ему от предшественника — пережившего репрессии, отмотавшего несколько сроков дряхлого монаха Никодима. Никодим помер несколько месяцев назад от хронических болезней, заработанных на одном из иркутских лесоповалов.

Но если быть до конца откровенным, то, помер он от старости. Поколение режимных политических зеков оказалось на удивление живучим. Отошел Никодим на 93-м году, тихо и практически не заметно для окружающих. На скромную, украшенную ржавеющим железным памятником могилку, изредка наведывались несколько женщин из немногочисленных прихожан ветшающего сельского прихода.

— Меня точно никто не помянет добрым словом, — думалось Георгию, в часы дневной лежки. Давыдовна и та не придет — раньше меня помрет. Долго ли ей осталось?

Он отрывал голову от затхлой подушки лишь на стук в дверь. Старая бабка Давыдовна приходила к обедне. Без единого слова расстилала на почерневшем фанерном ящике домотканную, еще дореволюционных видов салфетку, выкладывала на нее пару вареных яиц, несколько кусков тонко-нарезанного хлеба, шматок сала или толстый кругляш магазинной колбасы. Рядом ставила замотанную в полотенца кастрюльку жидкого супа.

Все это время Георгий лежал, отвернувшись лицом к стене, изучая давно изученные трещины. Перестав возиться с снедью Давыдовна садилась на край скрипучей кровати, вздыхала и через несколько минут направлялась к двери. На самом пороге топталась еще некоторое время и произносила что-то из своего привычного репертуара: «Была у тебя, пыль вытерла. Шел бы ты домой, батюшка...»

После ее ухода, Георгий вяло жевал нехитрый обед и вновь заваливался на кровать. Пытался заснуть, но воспаленный мозг все время накручивал видения из прошлой жизни. Проваливаясь в полудрему, священник видел смеющееся лицо Людмилы, завершались видения окопными картинами. Десятки потных полуголых солдат, в засаленном камуфляже и стоптанных ботинках копали большую траншею. Дальше появлялся Никодим, который отбрасывал в сторону свою клюку, укладывался на дно свежей ямы и произносил обычную фразу: «Пора».

По сценарию солдаты должны закопать старого монаха, но финальной сцены Георгий ни разу не видел. Двери сарая начинали сотрясаться под требовательными ударами церковного старосты. Священник нехотя поднимался и шел на вечернюю службу. После нее возвращался в сарай, где его уже ждала бутылка сивушного самогона.
Напивался Георгий в одиночку. Пытался как-то привлечь к этому делу старосту, но Терентьев отказывался наотрез. Бывший алкоголик, лет шестидесяти, был в глубокой завязке.

— Если еще я начну пить, то здесь вообще все развалится, — ворчал недовольный Терентьев. Однако за самогоном бегал регулярно. Всем говорил, что для себя, но окружающие знали о недуге батюшке. Большого шума по этому поводу никто не поднимал. Не то чтобы стеснялись, а скорее побаивались. Нет, не кары небесной... Тяжелого кулака боялись. Полгода назад Георгий приехал в эту глухомань из уездного города. Как Никодим преставился, так и приехал. Все выглядело вполне закономерно — нормального священника в ссылку не направят.

Благодаря Георгию и его вредным привычкам, кадровый вопрос в отдаленном осиротевшем приходе разрешился достаточно быстро и безболезненно. Довольны были все. Руководство епархии давно искало повода наказать Георгия и спрятать этот позор от глаз многочисленных городских прихожан, он же в свою очередь мечтал уйти подальше от глаз начальства и теперь пил лишь с перерывом на несколько томительных часов дня.

Закончив очередное вечернее возлияние, проваливался в хмельное забытье. Вновь смотрел на веселую Людмилу, солдат и Никодима. Часа в три ночи присыпался в холодном поту, допивал остатки холодного бульона и вновь засыпал беспокойным тяжелым сном. Жизнь превратилась в короткометражную ленту, каждый кадр в которой повторялся с ностальгирующей цикличностью. Храм — сарай... Сарай — храм... Давыдовна... Людмила... солдаты... Никодим... староста Терентьев...

Из привычной серости воспоминаний, ярким пятном выбивался разве что эпизод знакомства с местным населением. Молодежь относилась к предшественнику Георгия с нескрываемыми насмешками. Старшеклассники свистели вслед Никодиму, едва завидев на улице. Самыми безобидными ругательствами оставались «Мракобес» и «Пособник святой инквизиции». Монах отмалчивался, а на предложения Давыдовны обратиться в милицию только отмахивался: «Сами не ведают что творят». Не трогали его видимо лишь в виду слишком почтенного возраста.

Георгий куда как моложе и шире в плечах. Терпеть и подставлять вторую щеку оказалось не в его правилах. Проходя мимо сельского дома культуры, в котором шла дискотека, Георгий услышал в свой адрес многоголосый вой. Подражая стае собак, его окружило несколько, явно поддатых парней. Новый батюшка хотел молча удалиться, но грохнулся в дорожную пыль от кривой подсечки. Нападавший ударил его под колено сзади. Раздался хохот. Георгий поднялся, отряхнулся, посмотрел в глаза самому наглому и без лишних предисловий дал тому в челюсть. Румяный крепыш проломил спиной синий штакетник и затих в темноте парка сельского ДК. Все насмешки в адрес церковнослужителя завершились, толком и не начавшись. Правда и прихожан поубавилось.

У отца Георгия был свой дом. Большего ему не требовалось.

Продолжение следует...
Если хотите оставлять комментарии, зарегистрируйтесь или авторизуйтесь пожалуйста!
Видео
Путь (http://):
Картинка (http://):
Ширина:
Высота:
08.11.2013 11:24:00
0 0
Нецелентано решыл вбросить
и вбросил:
Дом должен быть в душе. Словно церковь. Словно вера...
слова "церкофь" и "вера" в право славненьком контексте положено писАть С БОЛЬШОЙ БУКВЫ.

P.S. бохнакажэ.
08.11.2013 11:35:00
0 0
08.11.2013 12:17:00
0 0
избитая фраза
добро должно быть с кулаками
09.11.2013 00:38:00
0 0

Интересно, жду продолжения


Блоги
Страницы: 1 2 3 4 5 844 След.

Кино и сцена
ТВ программа
В ходе научного эксперимента 12-летний вундеркинд Оливер устанавливает телепатическую связь с любимым и, как оказалось, очень умным псом Генри. Благодаря подсказкам собаки парню удается решать проблемы в школе, дома и даже с девочками…

Возрастное ограничение: 18+
Когда сильный шторм разрушает дом молодой вдовы с тремя детьми, на пороге появляется таинственный незнакомец. Всего за несколько дней загадочный гость объединяет семью и помогает им найти новый смысл в жизни. Он открывает им Секрет, который может изменить все.

Возрастное ограничение: 18+
На 25-летие дипломатических отношений Китай присылает в Южную Корею панду Минмин. Сотрудник спецслужб Чу, который не особо любит животных, но рассчитывает на повышение, вызывается охранять панду. Сразу после прибытия в зоопарк Минмин похищают неизвестные, а сам мужчина неудачно ударяется головой - теперь он может понимать, чего хотят от него животные. Особого уровня взаимопонимания ему придётся достичь со служебной овчаркой Али, которая запомнила злоумышленников и не только поможет найти важного зверя, но и станет агенту Чу настоящим другом.

Возрастное ограничение: 16+
Загадочный мужчина приходит в себя на пляже в Таиланде. Он не помнит ни своего имени, ни причины, по которой оказался так далеко от дома. Говорит он только по-русски и отличается крайне скверным характером, однако быстро осваивается на новом месте, налаживает связи и даже организует авантюрный бизнес. И вроде все в его жизни снова благополучно, но один вопрос остается неотвеченным: для чего же он все-таки прилетел на другой конец света?

Возрастное ограничение: 18+
Каждый день въезжая в туннель, думаете ли вы о том, что в нем нет аварийного выхода? Что вы будете делать, если начнется пожар? Сотни машин, тысячи людей оказались в плену между снежной бурей и бушующим пламенем. Им осталось надеяться только на себя.

Возрастное ограничение: 18+
Двое борцов за свободу отбывают срок в одной из самых строгих тюрем мира – в «Претории». Вместе с другими узниками они планируют дерзкий и опасный побег. Но придумать план – это только первый шаг. Шаг второй – реализация плана.

Возрастное ограничение: 18+