Ровесница Великой Победы

Рожденная в плену амурчанка надеется сохранить могилу отца в Польше
03 ноября 2020, 11:57
1276
На работе, в кругу друзей и дома ее называют Женей, она сама душой ощущает себя русской. Но паспорт официально напоминает о корнях. Место рождения — город Гайсинген, ГДР. Женевьева Гилюк, в девичестве Грабис, появилась на свет на закате войны от любви попавшего в немецкий концлагерь поляка и интернированной советской девушки. Амурчанка, празднующая 75-летие в один год с Великой Победой, рассказала о том, что война сделала с ее семьей.



Серебряная ложечка

 «Когда я родилась, мама эту ложечку у немки взяла. Не побоялась, ведь во время войны за кражу расстреливали. Но ей нужно было меня кормить чем-то», — показывает семейную реликвию Женевьева Гилюк. Чайную ложечку пенсионерка хранит всю жизнь. 



— Мама моя из Украины. В годы войны немцы оккупировали территорию, хватали молодежь и вывозили в Германию как рабочую силу. Ей было 19 лет, когда ее забрали в плен. Мама рассказывала, что было предательство: кто-то из своих сдал, какой дорогой она ходит домой покушать, — начинает летопись своей семьи Женевьева Казимировна. 

По меркам тех лет, плененной советской девушке повезло. Она стала служанкой в доме у немки: ухаживала за детьми и вела хозяйство. 

— Папа был военнопленным из Польши. Правительство Польши сдало свою армию немцам и бежало в Англию. Мой отец попал в концлагерь. Его отправляли к бауэру (фермеру) на помощь по хозяйству. Так он с мамой и познакомился, — рассказывает Женевьева Гилюк.  

Об истории любви родителей ей почти ничего не известно. Не довелось спросить, каково это — носить ребенка под сердцем в плену во время войны. «Я маму очень стеснялась. Такие разговоры у нас были закрыты», — говорит пенсионерка. 

После капитуляции фашистов ее родители, Бронислава и Казимир, воссоединились и поженились в Германии. По рассказам пенсионерка помнит, что молодая семья жила в лагере для интернированных. Лишь спустя год родители смогли оформить документы на маленькую дочь. Женевьеве выдали свидетельство о рождении — выписку из католического пастората, где девочка была крещена. Дата ее рождения — 26 июля 1945 года. «Мама говорила: сохрани выписку, это твой первый паспорт», — показывает пенсионерка старинный документ. 





В 1946-м супруги, наконец освобожденные из плена, с маленькой дочерью на руках оформили документы на выезд и перебрались в Польшу.

Советская девушка, ставшая женой иностранца, больше никогда не увидела ни отца, ни мать.

— Красная Армия освободила Житомирскую область в 44-м году. Немцы, когда уходили, отравили колодцы, и бабушка по маминой линии, не зная, попила этой воды. Год она умирала, у нее отказали почки. В 45-м я родилась, а моей бабушки не стало. Дедушка женился в другой деревне, — ведет нить рассказа Женевьева Гилюк. 

Две родины и ни одной

Послевоенные годы оставили болезненные воспоминания. Разрушенная Варшава, длинные очереди за хлебом, выбитый номер на руке у соседской девочки, вернувшейся с матерью из концлагеря. 

— Мы игрались во дворе, и ее мама попросила принести воды. Я забежала в дом вместе с ней. И увидела эту женщину: она была как скелет и так тяжело и глубоко дышала… — рассказывает о соседях Женевьева Казимировна. 

Отец Женевьевы тяжело болел, но продолжал трудиться на цементном заводе, чтобы кормить детей — в Польше у супругов родилась вторая дочь. В 50-х семья поехала на Балтийское море. «Отцу дали путевку от  работы. Помню, мы шли по лесной дороге, вдоль было очень много могил, а в лесу у моря лежал разбитый самолет», — урывками возникают у рассказчицы образы прошлых лет. 



До замужества Женевьева Гилюк берегла единственную куклу, подаренную папой в детстве.  В 54-м Казимир Грабис умер — отказали почки. Его жена осталась вдовой с двумя детьми, на чужбине. Не получив поддержки от родственников мужа, Бронислава Грабис добилась возвращения в Советский Союз через посольство в Кракове. 

— Мама не поменяла гражданство, когда выходила замуж. Иначе возможности вернуться на родину у нее не было бы. Я помню, она возила нас с сестрой в советское посольство посмотреть концерты для русских — познакомиться с культурой. Там сидели люди, которые уже не имели шанса вернуться домой. Они плакали, — вспоминает Женевьева Гилюк. 

В 1956 году семья приехала на Украину. Женевьеве было 11 лет. «Меня поразила закрытость народа, страх, замкнутость. Нас даже родственники побаивались. Ведь мы из-за границы», — продолжает пенсионерка. Она с сестрой попала в советскую школу, не зная ни русского, ни украинского языков. 



— Я в Польше переходила в пятый класс, а на Украине сказали: «В пятом классе уже английский язык, ваша девочка не потянет». Пошла на класс ниже, — разводит руками Женевьева Гилюк. 



Запомнилось, как маму вызвали к директору, когда сестры пришли в школу в брюках. «Девочкам можно было только юбки носить. И еще у меня сережки с ушей хотели снять, тоже не положено. Спросили: «А ты на них заработала?». 

Мать-вдова нашла тяжелую работу на музыкальной фабрике — обтягивала материалом пропитанные ацетоном баяны. Оставшись одинокой в 29 лет, женщина больше не вышла замуж. «Однажды я проснулась ночью, мама сидела за столом, лампа у нее горела, она плакала  и причитала о том, что отец ее оставил».  



Отказалась от выплат для узников

Со временем Женевьева Грабис почти забыла польский язык. После школы девушка работала ткачихой на Житомирском льнокомбинате, стала ударницей коммунистического труда. В 1969-м вышла замуж за военного, а в 78-м семья переехала в закрытый поселок Свободный-18 в Амурской области (сейчас город Циолковский). Но прошлое не оставляло ее. 

В 90-х на амурчанку вышли международные юристы, нашедшие ее метрические данные в немецком костеле. Женевьеве Казимировне предлагали претендовать на компенсацию от немецкого бундестага. Она написала ответное письмо, в котором отказалась от выплат. Однако получила бессрочное удостоверение несовершеннолетнего узника концлагерей, гетто и других мест принудительного содержания, созданных фашистами и их союзниками в годы Второй мировой войны. К 75-летию Великой Победы ей вручили памятную юбилейную медаль.

Могила отца в другом государстве

Больше никогда Женевьева Гилюк не возвращалась в Германию и Польшу, где похоронен ее отец. Как вспоминает пенсионерка, в Советские годы за границу выпускали только по вызову родственников. Матери пришлось отстаивать право на посещение кладбища в иностранном государстве. Бронислава Грабис обратилась в исполнительный комитет ордена Ленина союза обществ Красного креста и Красного полумесяца (СОКК и КП СССР) и в 1989 году получила ответ: «Сообщаем, что на основании ответа городского Управления в Бендзине, могила гр. Грабиса Казимежа, сына Томаша, 1915 года рождения, умершего 5 мая 1954 года, находится на римско-католическом кладбище — католического прихода Св. Катерины в Бендзине-Гродзце». 



Справка позволяла родственникам навестить могилу покойного. Мать лишь однажды побывала в Польше в начале 90-х. Женевьева Гилюк, в те годы работавшая машинисткой секретного делопроизводства в амурской воинской части, поехать не смогла. 

— Потом дети родились, не было возможности выехать за границу, это дорого, — рассказывает она.



Недавно сын амурчанки через интернет нашел троюродного брата по линии дедушки-поляка. Миссия семьи сегодня — сохранить могилу. 

— В 90-х старшая сестра папы, за которой числилась могилка, умерла. Сейчас племянник выясняет, осталась ли могила за отцом. В Польше за место на кладбище вносят пошлину. Наша семья готова заплатить, чтобы место упокоения и память о нем сохранилась, — надеется Женевьева Казимировна.

Наследники войны

В мире нет статистики о том, сколько детей родились в годы Великой Отечественной и Второй мировой войны. В эпоху свободы, когда люди уже могли не бояться репрессий, в разных СМИ стали появляться исповеди людей, рожденных в кровопролитные годы. Так, в программу «Жди меня» на Первом канале неоднократно обращались немки, рожденные в войну и после нее, разыскивающие отцов в России. Любовные драмы случались и в плену. Вдохновленные этими пронзительными историями, режиссеры создавали фильмы. В 1965 году Борис Степанов снял картину «Альпийская баллада», сценаристом которого стал Василь Быков: об отношениях бежавших из фашистского плена  советского рабочего и девушки-итальянки. В 2009-м на экраны вышло русское кино «Одна война», режиссером которого стала Вера Глаголева. Картина основана на реальных событиях и повествует судьбе русской девушки, родившей ребенка от немецкого оккупанта. 


Автор: Анна Дерова
Информация предназначена для лиц старше 18 лет. Курение вредит вашему здоровью.
Расскажите редакции о том, что увидели, услышали, узнали. Ваша новость может выйти на сайте агентства!
МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ

Ваш комментарий

Войти как пользователь:
Кино и сцена
ТВ программа
Подполковник Сошников и капитан Муравьев — два разных характера, две разные судьбы, которым суждено будет сойтись на военной базе Хмеймим. Во время боевого вылета самолет Сошникова был сбит турецким истребителем. Это событие освещали все мировые СМИ, а за ходом спасательной операции следила вся Россия.

Возрастное ограничение: 12+
Подполковник Сошников и капитан Муравьев — два разных характера, две разные судьбы, которым суждено будет сойтись на военной базе Хмеймим. Во время боевого вылета самолет Сошникова был сбит турецким истребителем. Это событие освещали все мировые СМИ, а за ходом спасательной операции следила вся Россия.

Возрастное ограничение: 12+
Подполковник Сошников и капитан Муравьев — два разных характера, две разные судьбы, которым суждено будет сойтись на военной базе Хмеймим. Во время боевого вылета самолет Сошникова был сбит турецким истребителем. Это событие освещали все мировые СМИ, а за ходом спасательной операции следила вся Россия.

Возрастное ограничение: 12+
детский спектакль для взрослых (12+)

В просторах космоса движется космический корабль. Его цель – темная сторона Луны. В корабле два космонавта Пык и Мык. Они приближаются к Луне. Совсем скоро подлетят к ее темной стороне… Так начинается история, полная вопросов, на которые зрителю в ходе спектакля придется ответить самостоятельно. Сон ребенка - это мечты или какая-то другая реальность, просто забытая со временем всеми взрослыми? Можно ли во сне спасти товарища, нарушая всевозможные инструкции? А, может быть, все мы, взрослея, упускаем что-то важное в нашей жизни? Спектакль, поставленный по пьесе драматурга Евгения Ионова, поможет взрослым увидеть себя в образах фантастических друзей мальчика, а юным театралам понять своих родителей, которые когда-то тоже были маленькими.