Генерал Фокин: «Предположительно к концу года заработная плата сотрудников увеличится на 10 тысяч рублей»

Масштабная реформа МВД, призванная «оптимизировать структуру и кадровый состав ведомства», началась с увольнения 17 милицейских генералов, сокращения почти наполовину центрального аппарата министерства и на 20 процентов личного состава всей милиции. Сколько всего амурских стражей порядка лишатся работы?

Насколько вырастут оклады оставшихся сотрудников? И главное — станет ли система после такой встряски работать лучше? На эти вопросы в эксклюзивном интервью «Амурской правде» ответил начальник УВД по Амурской области генерал майор милиции Юрий Фокин.

— Юрий Дмитриевич, когда ехали в Москву на расширенную коллегию МВД, вы были готовы к «чистке рядов», кардинальным переменам в системе внутренних дел?
— Перестройка в нашей системе началась не вчера. Еще летом 2005-го в Ессентуках на межрегиональном совещании по вопросам борьбы с преступностью, терроризмом и экстремизмом президент Владимир Путин пообещал силовым ведомствам масштабные перемены, заявил о реформе милиции. Для меня лично, да и, думаю, для большинства коллег тоже, выступление Дмитрия Медведева на этой коллегии МВД не стало неожиданностью.

— А для тех, кто лишился своих постов?
— Со мной рядом сидел начальник УВД по Брянской области генерал-майор милиции Михаил Климов. Он не знал о том, что его снимут. Что касается других отставок, это ни для кого не было новостью. Мы знали, что работой милиции недовольны, что выступление президента будет аргументированным и резким, что предстоят новшества, мы их прогнозировали. В конце прошлого года поступил запрос из центра — всем начальникам республиканских и региональных УВД предлагалось высказать свое мнение по поводу реформирования системы: что мешает в работе руководства и личного состава, что необходимо изменить. Я направил в Москву свои предложения.

— Какие конкретно?
— Чтобы вытрезвители у нас забрали и передали под крыло медикам. Чтобы сотрудники Госавтоинспекции не занимались техосмотрами. Я вообще против того, чтобы гаишники даже притрагивались к деньгам. Создавайте коммерческие структуры, пусть они этим занимаются. Вопросов много. Почему мы конвоируем иностранцев на выдворение, хотя в федеральной миграционной службе есть соответствующая структура?

Ведь доходит до парадоксов. Нам приходилось за судебных приставов заниматься розыском должников. Мы два года воевали против этого. Наконец-то добились, что наш министр и главный судебный пристав России подписали соглашение о сотрудничестве. Будем помогать им искать должников, если те попадут в наше поле зрения, но основной розыск должна осуществлять служба судебных приставов.

— Почему МВД решило сократить свои ряды именно на 20 процентов? Вы согласны с такой цифрой?
— Еще в 2008 году бывший начальник столичного ГУВД генерал-полковник милиции Владимир Пронин предложил на расширенной коллегии МВД сократить численный состав милиции, но при этом сохранить финансирование и за счет полученной экономии увеличить жалованье оставшимся профессионалам. Я его поддержал, хотя некоторые восприняли это предложение неоднозначно. В каждом регионе своя ситуация. Считаю, что сократить штат процентов на 15 для Амурской области было бы оптимально.

— Насколько известно, патрульно-постовая служба укомплектована у нас всего на 40 процентов от нормы, а в ГАИ некомплект 500 человек. Не отразится ли сокращение на безопасности? Ведь сотрудники ППС наряду с участковыми и гаишниками первыми приходят на помощь?
— Когда я принял амурское УВД, штат всей милиции общественной безопасности в области составлял всего 32 процента от положенного. За 6 лет мы увеличили личный состав до 48 процентов. Нормативы штатной численности подразделений МОБ были установлены указом Президента РФ еще в 1993 году и, на мой взгляд, уже устарели.

Скажу честно: когда ехал на коллегию МВД, то боялся одного — что Москва, как это обычно бывает, даст строгую разнарядку: допустим, на 20 процентов сократить уголовный розыск, на 10 процентов — отряд милиции специального назначения… Ничего подобного! Президент предоставил право руководителям управлений внутренних дел самим решать, сколько человек сокращать и в каких подразделениях. Нам сказали: делайте так, как сочтете нужным. Считаете, что какая-то служба вообще не нужна, можете ее убрать. Главное — соблюсти обозначенные свыше 20 процентов.

Хорошо, что сокращение штата растянули на два года. Самое страшное могло случиться, если бы вышел указ: «С 1 июля МВД прекращает финансирование…» Тогда бы сразу пришлось сократить 1,5 тысячи человек — хочу я этого или не хочу, успел человек уволиться или нет. Люди придут в эту приемную, потребуют деньги. Один скажет: «Я был на больничном», другая: «Я находилась в отпуске по уходу за ребенком, меня увольнять нельзя». А деньги в область не поступят, и все! Считаю, президент принял мудрое решение, предоставив нам время на обдумывание. За 2 года с этими вопросами мы разберемся.

— Всех волнует главный вопрос: сколько и кого?
— До конца этого года я должен сократить 916 человек. Но цифра увольняемых будет реально меньше — за счет некомплекта сотрудников милиции (а он составляет на сегодня по области около 300 штатных единиц) и за счет сокращения трех вытрезвителей. Я не буду сокращать отряд милиции специального назначения, оперативные службы. В первую очередь будем избавляться от балласта — от тех сотрудников, кто не выполняет должным образом свои служебные обязанности, кто имеет нарушения, был замечен в пьянстве, а также от тех, кто живет не по средствам, — мы владеем такой информацией.

Скажем: поясни, дорогой, откуда у тебя такой дом, джип? Если невнятно объяснит, распрощаемся. Вторая очередь — это возрастной ценз. С почетом проводим на заслуженный отдых тех, у кого есть выслуга, кто уже выработал пенсию. Эти люди морально к увольнению готовы. И я считаю, это будет справедливо.

— Есть уверенность, что на местах останутся именно профессионалы? У нас ведь как часто бывает: этот кум, этот брат, этот сват — их трогать нельзя.
— Не исключаю, что такие факты будут, но я постараюсь этого не допустить. Оставим лучших из лучших. В любой системе все зависит от руководителя. Если начальник берет взятки, то будут брать и его подчиненные. Если нет, то этого не будут делать процентов 80 его подчиненных. Ну наберет он в штат родню (были у нас такие прецеденты), а кто задачи выполнять будет? Нагрузка-то увеличится. Не справятся твои подчиненные — значит сам через полгода уйдешь.

— В результате сокращения предполагается поднять оставшимся сотрудникам оклады. Вы подсчитывали, насколько они возрастут?
— В год содержание одного сотрудника обходится государству примерно в восемь миллионов рублей. Вот и считайте. Предположительно к концу года заработная плата должна увеличиться на 10 тысяч рублей. Но здесь Москва тоже не дает никаких регламентов. Кому и на сколько повысить оклад — будет решать начальник УВД. Допустим, в отделе 5 человек — все хорошо работают. Но среди них есть лидер, вожак, которому что-то удается лучше других. Вот ему я буду 20 тысяч добавлять, остальным — по 10 тысяч. Уравниловки не будет.

Подробнее читайте на сайте «Амурской правды».