27 сентября, portamur.ru. Внук британской королевы, принц Гарри, служит в королевской авиации и совсем недавно отправился в Афганистан. Сын американского сенатора Маккейна — морской пехотинец. Начинают идти в армию и дети российских политиков. Например, младший сын первого вице-премьера страны Игоря Шувалова Евгений отслужил в морском спецназе. В морпехи около полугода назад пошел и сын амурского губернатора Никита. Причем ради службы он даже расстался с девушкой. Корреспонденты «МК на Амуре» нашли ту самую воинскую часть и выяснили, как служит Никита Олегович Кожемяко.

Часть

Воинская часть, где базируются морские пехотинцы, находится в одном из окраинных районов Владивостока. Она самая обыкновенная, мало чем отличается от всех остальных: высокий забор, слегка поскрипывающие железом ворота на КПП да дежурный. Тут и служит сын главы Приамурья Никита Кожемяко.

Большинство парней здесь призывались из Якутии, Бурятии и Башкирии. Приморцев и тех по пальцам сосчитать можно, а уж амурчан — тем паче.

Однако одного мы все-таки нашли. Выпускник Благовещенского педуниверситета Александр Луковой родом из Райчихинска. Он служит всего три месяца. По его словам, особенных трудностей не испытывает, как не испытывает и дедовщины, которой так пугают. Парень Саша физически крепкий, очень давно занимается карате, несколько лет работал тренером в благовещенском спортивном комплексе «Колизей». Так что даже марш-броски с полной выкладкой переносит легко.

Все эти три месяца он служит в одной роте с Никитой Кожемяко.

— Все в части знают, что Никита — сын губернатора, — рассказывает парень. — Я, честно сказать, не особенно удивился. Ну, а почему нет-то? По-моему, так и должно быть… Хотя некоторые друзья, что остались на гражданке, говорят, мол, в его положении ни за что в армии бы не оказались.

Казарма, где размещена рота, тоже самая обыкновенная. Она рассчитана на пятьдесят человек, то есть на полностью скомплектованную роту морских пехотинцев. Каждый их день начинается с подъема и зарядки. После этого — завтрак и тактическая подготовка до обеда. Здесь они изучают маневры, сигналы, техники боя.

После обеда либо продолжаются теоретические занятия, либо начинается практика — марш-броски или стрельбы. Марш-броски по семь-десять километров по сопкам, через лес, с полной выкладкой — броней, каской, рюкзаком десантным, разгрузкой и оружием. Никита Кожемяко по воинской специальности разведчик-пулеметчик. Ему приходится немного тяжелее других. Пулемет весит побольше стандартного АК-74. Так что в общей массе он несет на себе около тридцати кило груза.

Девушка

Удалось нам поговорить и с самим Никитой. Правда, особенно разговорчивым его вряд ли можно назвать. Отвечает четко и без лишних рассуждений. Возможно, свой отпечаток здесь наложила армия.

— Если честно, уверенно шел в армию и без колебаний. Служить хотел либо в воздушно-десантных войсках либо в морской пехоте. Потом подумал и рассудил — раз сам родился во Владивостоке, то и быть мне морпехом, — рассказал сын губернатора. — Отец и друзья решение восприняли одобрительно, а вот девушка моя ко всему отнеслась отрицательно. Даже условие поставила: «Или я, или армия». Ну, в общем, свой выбор я сделал, пришлось расстаться.  

Никита говорит, что большинство сослуживцев его шаг однозначно одобрили и даже уважать больше стали.

— У нас ведь как, есть навязанный телевидением стереотип. Раз парень — сын политика, значит, он мажор либо живет за границей обязательно. Вот ребята и удивлялись, почему я не откосил, — продолжает Кожемяко. — Честно говоря, мне совершенно не нужно было косить. Я закончил бакалавриат и мог спокойно, абсолютно официально, продолжать учебу, затем получить ученую степень, и все — военкомат отпускает. Но я специально взял академический отпуск, пошел служить. Потому что не считал, что этот год станет для меня потерянным. Отцы служили, деды, а мы чем хуже? Те же, кто уклоняются от армии, просто не пытаясь зайти на эту линию, сразу сдались… А армия очень многое дает. Например, именно здесь я научился ценить время.

«Многие ведь не верят, что ты служишь по-настоящему. На интернет-форумах об этом много пишут. Не обидно?», — спрашиваю.

— Читал все. Про форму мою пишут, про шевроны. Немного цепляет, конечно, — не скрывая легкой досады, отвечает он. — Да, действительно, форма на мне старого образца. С нынешнего года введена другая, но командир роты на нее добро дал. Флажок с парашютиком на берете — это знак парашютно-десантной роты. Ну а насчет того, что тельняшка у меня старая, так это к армии вопрос. Чем родина обеспечила, такую и ношу...

Служба

Зато в разговорах о службе у него ни капли негатива. Хотя парень признается, что в первое время приходилось тяжеловато.

— Три первых дня в какой-то прострации пребывал. Потому что окунулся в совершенно новую среду, со своими законами и правилами. Нужно было втянуться, понять, как себя вести в определенных ситуациях. Потом все встало на круги своя, — объясняет Никита. — Жизнь по режиму мне не в тягость. Вообще, здесь нет ничего сверхсложного. Все ребята приходят, нормально служат и уходят. Вот и я так же.

За время службы Никита Кожемяко успел неплохо освоить легендарный АК-74, пулеметы РПК и ПКМ, а также танковые пулеметы ПКТ и ПКВТ, что устанавливают на БТРах. Говорит, что больше всего ему нравится стрелять из пулемета. Он, конечно, тяжелый, зато чувствуется боевая мощь. Поучаствовал и в двухдневных учениях на Сахалине. Здесь они отрабатывали высадку с больших десантных кораблей на воду, переход на сушу и захваты контрольных пунктов.

А впереди у него еще много всего. Впереди десантная подготовка с полетами на вертолетах. Впереди прыжки с парашютом и еще больше полугода службы.