«Западную Сибирь может затопить, Европу может затопить, а у нас все спокойно будет»

У института геологии и природопользования Дальневосточного отделения Российской академии наук в этом году юбилей. Ему 30 лет. До 2005 года это был Амурский комплексный научно-исследовательский институт. Его специалисты занимаются поиском полезных ископаемых, разработкой способов их добычи, изучением растительного и животного мира Амурской области и проблем региональной экономики.

Геологическая наука в Амурской области появилась благодаря амурскому золоту. 50 лет назад академия наук СССР открыла в Благовещенске первую геолого-физическую лабораторию, чтобы это золото изучать. Сейчас у института геологии и природопользования 13 специализированных лабораторий и 2 музея.

— Динозавровые месторождения — не такая уж большая редкость. На территории России их около десятка. Но таких крупных, таких красивых, таких больших, так много — только у нас, — рассказывает заведующий лабораторией палеонтологии Института геологии и природопользования ДВО РАН Юрий Болотский.

За 30 лет работы в Амурской области Юрий Болотский и его команда нашли и выкопали больше 200 динозавров. Кости этих доисторических зверей хранятся в палеонтологическом музее института. А в минералогическом музее хранится настоящий метеорит весом 6 килограммов и еще около 600 необычных камней.

У каждой находки своя история. Например, кусочек малахита хранитель музея Анатолий Миронюк нашел в Замбии. Он почти половину жизни провел в экспедициях.

— Я исходил очень много маршрутов пешком, еще в 60 лет перешел через Становой хребет. Вездеход сломался, пешком шли 100 километров. В свое время мы были романтиками, энтузиастами. Патриотами мы были, — вспоминает руководитель минералогического музея Института геологии и природопользования ДВО РАН Анатолий Миронюк.

В институте геологии и природопользования сейчас работают больше 200 специалистов — физики, химики, биологи и геологи. Директор института Андрей Сорокин — тоже геолог. Изучает океаны (которые в Амурской области были), вулканы (которые пока есть) и изменения во внешнем облике планеты (которые еще будут).

— С нашей областью ничего не будет. Западную Сибирь может затопить, Европу может затопить, а у нас все спокойно будет. Ну, тряхнет, может, пару раз — баллов по 7. И все, — оптимистично заявляет он.